Вход / Регистрация
Жизненное кредо:
Человечность и компетентность

Лена Де Винне: Главное – не работать против скафандра

Лена Де Винне, премьер-министр Асгардии
Лена Де Винне, премьер-министр Асгардии
«Я просто не мешаю жизни со мной случаться» – возможно, именно этот принцип сделал судьбу яркого человека, возглавляющего новый кабинет министров Асгардии, такой неординарной. Впрочем, в Асгардии вообще нет ординарных людей. Так считает Лена Де Винне.

Only the sky is the limit

В английском языке есть выражение Only the sky is the limit – «Граница того, что мы делаем, – лишь небо». А тому, что делаем мы в Асгардии, даже небо не граница. Приятно мыслить категориями, выходящими не только за пределы Земли, но и за пределы земной атмосферы. Вот почему я с Асгардией.

Как давно я так мыслю? Сложно сказать. Я обычный калиброванный советский человек, из очень правильной советской школы, с опытом комсомольского и профсоюзного актива за плечами. Те, кто, как и я, выросли в СССР, поймут, о чём я говорю.

Годам к 30 мне стала попадаться литература из серии «познай себя» – на тот момент ещё отсутствовавшая на русском языке. Наверное, именно тогда я более или менее повзрослела и, вопреки тому, чему мы были обучены в наших правильных школах, впервые всерьёз задумалась о непервичности материального мира, начала понимать, что мировоззрение и идеология – это на самом деле разные вещи; что гармония – во внутреннем ощущении баланса между собой и происходящим вокруг, и что в целом она находится несколько в ином измерении, чем трёхмерное пространство, по которому мы ходим ногами.

К этой гармонии каждый идёт своим путём – кто-то закрытым внутренним созиданием, кто-то познаёт её через внешний мир и общение с людьми. В этом отношении я человек совершенно не самодостаточный. Я люблю проводить время в одиночестве, мне не бывает скучно, мне это нужно. Но для новых идей, чтобы вовлечься в поток ресурсного созидания, войти в режим «творчества», необходимо взаимодействие, внешние стимулы, запланированные и спонтанные мозговые штурмы. Причём ими могут стать совершенно неожиданные и, на первый взгляд, незначительные события. Прямо сейчас мне задают вопросы на интервью, и в ответ у меня возникают новые, не приходившие мне раньше в голову, категории восприятия обсуждаемых тем, передо мной открываются новые ракурсы восприятия, новые коридоры понимания.

Сейчас мы живём в эпоху моментального удовлетворения потребностей. Нажал на кнопку – и интернет тебе моментально выдал требуемую информацию, через полчаса курьер привёз то, что необходимо. Возможно, поэтому стало сложнее говорить про долгоиграющие идеи, которые находятся вне привычного поля потребления. Под влиянием политического устройства общества мы забываем, что человеческая жизнь, а особенно индивидуальность, определяется не только электоральными циклами, не только краткими и среднесрочными целями. Об этом приходится себе напоминать, чтобы научиться абстрагироваться от  доминирующего коллективного мышления. А ведь так легко и соблазнительно идти на поводу трендов и тенденций!

Асгардия для меня – мощный источник энергии. Во-первых, она создана очень особенным человеком. Каждая встреча с ним, каждый разговор – это триггер для размышлений, сомнений, развития, поскольку выясняется: то, что казалось очевидным раньше, уже не работает, не решает поставленную задачу, и надо искать другие пути. То, что казалось тупиком, вдруг оказывается лишь развилкой, и неожиданно открывающиеся перспективы дают возможность ещё более серьёзного шага вперёд.

Асгардию создал Игорь Рауфович Ашурбейли. Он преуспел в каждом проекте, который задумывал. В своих выступлениях об Асгардии Игорь Рауфович обозначил, что строит планы на 25 лет и далее. Эта позиция мне очень импонирует. Человек принципиально ставит задачи, которые основаны на долгосрочном визионерском подходе и которые он сам может довести до конца, – берёт на себя ответственность за них. Желание и способность отвечать за свои слова – свойство настоящего лидера и настоящего мужчины. Вообще, сильные лидеры с лозунгом «Человечность и компетентность», где человечность на первом месте, как мне кажется, не часто встречаются в современном мире.

Игорь Рауфович сам мыслит нестандартно и других стимулирует к такому же образу мышления. Он привлёк к себе большой круг особенных людей, каждый из которых представляет большую ценность – и интеллектуальную, и человеческую. В таком общении, которое я имею в Асгардии, можно бесконечно черпать вдохновение. Назову лишь некоторых из вдохновляющих меня людей.

Делегация Асгардии в Москве, ноябрь 2019 года

Делегация Асгардии в Москве, ноябрь 2019 г.

Председатель Парламента Асгардии Лембит Опик – британский политик очень высокого уровня с весьма неординарным бэкграундом. Он долгое время представлял в Палате общин либерально-демократическую партию, потом состоялся в бизнесе. Несколько лет назад он очень охотно откликнулся на предложение выдвинуть свою кандидатуру в Парламент Асгардии. Дед Лембита был знаменитым астрономом, а сам Лембит в британском парламенте развивал тему защиты Земли от космических угроз. Наша история ему близка.

Флорис Ваутс – министр науки Асгардии, учёный с мировым именем с очень высокими рейтингами, с большим количеством публикаций, всю жизнь проработавший в области исследования воздействия космоса на организм человека. Его деятельность связана и с наукой, и с пилотируемой космонавтикой. Он и учёный, и преподаватель, и космический энтузиаст. Один раз побывав на его лекции, хочется пойти к нему учиться. Потому что каждая его лекция – это целый спектакль, когда научные эксперименты разворачиваются на глазах у публики. А главное, он умеет очень просто и увлекательно рассказать о сложном.

Министр финансов Марк Боген – высококлассный финансист международного уровня.

Каждый, с кем я взаимодействую или просто общаюсь по работе, – квалифицированный, уникальный специалист в своей области, идеально соответствующий своим задачам в Асгардии. Каждый делится своей энергией и своими знаниями, приближая воплощение основной миссии Космической Нации.

Идея Асгардии никогда не вызывала у меня сомнений. Я знаю её создателя, значительная часть моей жизни так или иначе связана с космической отраслью, поэтому я хорошо понимаю, кто мы, куда и зачем летим.

Иногда мне задают вопрос: «Зачем быть в Асгардии, когда на Земле столько других проблем?». Ответ простой: очень хорошо, что у разных людей на Земле разные приоритеты и интересы. Каждый должен заниматься своим делом. Я занимаюсь своим, рада сотрудничеству со всеми, кто считает, что нам по пути, и желаю огромных успехов всем остальным на их поприще, отличном от нашего.

С Председателем Парламента Лембитом Опиком и Главой Космической Нации Игорем Ашурбейли

С Председателем Парламента Лембитом Опиком и Главой Космической Нации Игорем Ашурбейли

Не работай против скафандра

У космонавтов есть скафандр для внекорабельной деятельности – ВКД (для выходов в открытый космос). Это такая мини-космическая станция, которая примерно часов 12 может работать автономно. Скафандр обеспечивает охлаждение, нагревание, в нём можно пить и справлять нужду.

Надеть такой скафандр – целая процедура. Его не надевают, в него входят. Умение находиться в нём и пользоваться им требует специальных тренировок. Космонавты долго отрабатывают эти навыки в гидролаборатории. Так вот, если ты, впервые оказавшись в этом скафандре, начинаешь двигать руками и ногами и застреваешь, это не скафандр не работает, это ты не научился им пользоваться. Потому что не надо работать против скафандра.

С тех пор, как я с этим столкнулась, наблюдая за подготовкой мужа к ВКД, этот принцип стал моей жизненной позицией.

Когда я что-то специально планирую и настойчиво пытаюсь чего-то добиться, это, как правило, не срабатывает, а то, к чему я никогда не стремилась, само идёт в руки. Если интуитивное ощущение отличается от рациональных выводов, я следую интуиции. И вообще, я считаю, чёрные кошки – это счастье, трава зеленее на нашей стороне дороги, там хорошо, где мы есть. И что бы ни происходило, жизнь всё равно вырулит туда, где лучше.

Так, однажды, в прошлом веке, я практически проснулась в Голландии. Оказалась там совершенно случайно. Как это произошло – отдельная история. Кому рассказывала, первая реакция – так не бывает.

Но вот я в Голландии, с дипломом инженера из Московского энергетического института и со свободным английским языком. Кстати, то, что я с детства хорошо знаю английский, тоже, по сути, случайность: просто очень любила свою англичанку в школе. И по-русски грамотно пишу – потому что любила учительницу русского и литературы. Кстати, она приходила на мою презентацию «Космической Азбуки» в Центральном Доме литератора в Москве. Представляете, больше четверти века с момента окончания средней школы, а в зале, помимо зрителей и коллег, – любимая учительница и несколько одноклассников!  

Голландия – одна из стран-участниц Европейского космического агентства. В то время начинались полёты по программе «Евромир» – европейские астронавты летали на российскую станцию «МИР». ЕКА нужен был инженер, умеющий переводить, ну или переводчик, понимающий в технических аспектах. По формальным критериями и по подвешенности языка я полностью соответствовала этой задаче и на следующий день после интервью вышла на работу.

Тогда я имела очень поверхностные представления о космической деятельности, даже не знала, что станция «МИР» существует. Но никаких сложностей не было. Переводчику надо лишь чётко переводить – так, чтобы собеседники отлично поняли друг друга, подробно разбираться в теме не обязательно.

С космонавтом Романом Романенко на художественной выставке Космос объединяет, организованной при поддержке Асгардии

С космонавтом Романом Романенко на художественной выставке «Космос объединяет», организованной при поддержке Асгардии

Я работала круглыми сутками. Вообще люблю это дело – работать, люблю драйв, энтузиазм, коллективные достижения.

Со временем перешла в коммерческое развитие Международной космической станции – всё там же, в ЕКА. Параллельно получила МВА и заочно защитила диссертацию по психологии.

Отдых? Не было времени! Использовала дни отпуска для экзаменов, иногда брала отгулы, чтобы выспаться. Когда уходила после 15 лет работы, у меня ещё было полгода неиспользованного отпуска.

Коллеги удивлялись: «Почему ты ушла из переводчиков? Ведь ты это делаешь лучше всех на свете!». Ответ банален: я и окна хорошо мою, потолок могу покрасить, а в юности красила заборы и столбы вместе с институтским стройотрядом, штукатурила трамвайно-троллейбусный парк, а ещё хорошо вяжу и вышиваю, но это вовсе не повод выбрать эти занятия в качестве профессии. Мало ли кто что умеет.

Я умею слушать, и я чувствую людей. С 90% могу найти общий язык, в любую тему, помимо, разве что, точных наук, могу вписаться и соответствовать. Главное, не работать против скафандра. Возможно, именно потому, что я уже давно естественным образом живу в этой парадигме, мой опыт так разнообразен. В мою жизнь приходит много новых людей. И те, кому суждено, в ней остаются. Я ничего для этого не делаю – лишь благодарю Вселенную за новые контакты и возможности и остаюсь открытой для них.

Реальная история любви еврейской красавицы и бельгийского астронавта

С 1993 по 2010 год я работала в космической отрасли, моя личная жизнь много лет связана с космической отраслью и пилотируемой космонавтикой. И однажды я начала писать об этом книжки.

Автор презентует свою книгу

Автор презентует свою книгу

«Мой обратный отсчёт» вышел сначала на английском, потом его перевели на французский и фламандский. В русской версии книга называется «…3. 2. 1. Поехали! Дневник жены космонавта». Много боёв было с издательством – за перевод, за название, за обложку. Помню первую версию этой обложки – поросячье-розового цвета с подзаголовком «Реальная история любви русской красавицы и бельгийского астронавта».

Так, девушки… Вы меня вообще видели? Мне 42 года (это было 10 лет назад), «русские красавицы» на шпильках ходят по Красной площади – сколько можно обзываться? Меня убеждали доводами о «целевой аудитории». Тогда я предложила написать честно: «Реальная история любви еврейской красавицы и бельгийского астронавта». Даже по телефону было слышно, как в редакции все напряглись. В итоге сошлись на слове «москвичка».

Когда книга вышла на фламандском и французском, я на какое-то время стала в Бельгии медийной персоной – меня заметили и позвали работать на бельгийское телевидение, где я два года вела передачу о России. Передача называлась «Россия для начинающих», и, поскольку я была её лицом, в глазах бельгийцев я стала чем-то вроде эксперта по России.

Ещё примерно в течение года после завершения этого проекта СМИ мне звонили по насущным вопросам за комментариями. Но особенно ценным для меня оказались сообщения в чате ФБ. Я получала их от незнакомых мне русскоговорящих людей, живущих в Бельгии. Все как один говорили спасибо за то, как мы сумели честно и по-доброму показать современную Россию; не скрывая недостатков и проблем, передать атмосферу любви к стране, ту самую «русскость» – душевность, соборность. Этот ракурс радикально отличался от того, как западные журналисты освещают Россию.

Тогда было невозможно представить, что геополитическая ситуация через несколько лет так накалится. В дипломатических кругах даже шли разговоры о безвизовом режиме между Россией и Шенгеном, который мог вступить в силу в течение 3-5 лет. И в помине не было того, что в мире происходит сейчас.

Жизнь как жены знаменитости? Франк Де Винне в Бельгии национальный герой. Но и тут всё относительно. Популярность зависит от того, насколько часто ты появляешься в медийном пространстве, насколько сам играешь роль. Франка интересует только серьёзная работа. Он в первую очередь лётчик и инженер. Медийность – только если надо для дела, и только как представитель профессии, никогда ни о чём личном.

Мне достаточно часто задают вопросы о Франке, о нашей совместной жизни с ним, о том, каково находиться в тени такого мужчины. Нет, меня никогда не трогало, что во мне видят жену Франка. Мы ведь и правда давно женаты. Как может задевать констатация факта? Задеть вообще могут только близкие люди, а всё остальное – это лишь независящие от меня погодные условия. К тому же у меня есть скафандр, против которого я не работаю.

У каждого может быть своё мнение на мой счёт, это их дело, не моё. По большому счёту оно мне безразлично. А если уж развивать тему, то я не в тени, меня прекрасно подсвечивает солнце этого великого мужчины.

Мы оба состоявшиеся профессионалы, мы оба любим работать, оба любим друг друга, оба понимаем, что работа иногда требует нахождения в разных странах, и каждый из нас просто подстраивается под график другого. Иногда я даже специально уезжаю, чтобы ему не мешать.

Понимаю, что со стороны моя жизнь для кого-то может выглядеть гламурно. На самом же деле большую часть времени я провожу за перекладыванием вещей из чемоданов и обратно и за попытками выспаться, поскольку работа с коллегами в разных часовых поясах приводит к накопленному недосыпу и сопутствующей ему усталости.

Мне нравится жить так, как я живу. Международный образ жизни даёт больше внутренней свободы: ты не чувствуешь себя привязанным к одной культурной моно-среде и не обязан следовать её негласным ритуалам, которых, будь ты постоянной частью этой среды, было бы не обойти.  Но никого не призываю брать с меня пример, не каждому это нужно, ради такой жизни приходится чем-то жертвовать, в том числе привычками, стабильностью и элементарным комфортом.

Пока Франк вступал в свою нынешнюю должность, – а это был очень длительный процесс, – мы жили между Голландией, Бельгией и Германией. В Бельгию ездили общаться с его детьми и матерью, в Голландии и Германии он работал. Целый год каждую рабочую неделю мы проводили в гостинице в Кёльне. А ещё я очень люблю Москву и часто сюда приезжаю. Это моё место силы.

Меня вполне устраивало, что я работаю на ходу. Я много писала – намного больше, чем публиковала. Мне тогда снились стихи, и я засыпала, обложенная бумажками и ручками, заставляя себя вставать ночью и записывать. Это был период, когда я полностью отошла от корпоративной жизни. Открылось что-то другое, о чём я раньше не думала. Так бывает. Но я об этом не знала, пока это не начало со мной происходить.

То, что должно прийти в твою жизнь, придёт, тот, кто должен остаться, останется. Я просто не мешаю жизни со мной случаться. Я вовсе не родилась с этим знанием, просто столько набила шишек и столько стен так и не прошибла головой, несмотря на все старания, что соответствующий вывод был неизбежен. Кстати, голова до сих пор побаливает в некоторых местах, и это напоминает мне о том, что не надо ею биться. Я благодарна за это напоминание. Вообще, я наконец поняла, что главное – быть благодарной. Ну и не работать против скафандра.

С парламентариями Светланой Пчельниковой и Аксаной Прутцковой

С парламентариями Светланой Пчельниковой и Аксаной Прутцковой

Команда запуска спутника Асгардия 1

Команда запуска спутника «Асгардия-1»

Нам по пути

Меня ещё иногда спрашивают, не хотела ли я сама в космос, не завидую ли Франку, что он летал, а я нет. Да упаси Бог! Вы когда-нибудь сидели в тренажёре «Союза», вы видели ложемент? Да у меня пятая точка туда не поместится! Вы видели туалет на космической станции? Вы представляете, что такое не мыться полгода, протираясь влажными салфетками, что такое жить в одной футболке две недели?.. Как только заходишь в «романтическую» профессию через служебный вход, твой взгляд на неё меняется.

Звездный городок, 2008 год. В тренажере корабля Союз

Звездный городок, 2008 год. В тренажере корабля Союз

Я и асгардианцам говорю: высокие материи, романтика – это, конечно, хорошо, но давайте в наших делах исходить из реальности. Нынешний уровень развития пилотируемой космонавтики не предполагает общедоступных полётов в космос. Но в том и смысл Асгардии, чтобы в будущем это изменить, создать в космосе другие условия, которые обеспечат обычным людям, таким, как мы с вами, привычную среду обитания для долгосрочного пребывания вне Земли, возможность курсировать между Землёй и станцией без необходимости длительной адаптации. И чтобы этого добиться, нужен практичный и реалистичный подход к решению задач. Так что одно из моих предназначений как премьер-министра – приземлять, в хорошем смысле этого слова, и создавать все условия для продуктивной работы практиков, способных воплощать мечты многих людей в реальность.

Моя нынешняя должность, прежде всего, означает ответственность. Поскольку я принадлежу асгардианскому обществу, я живу по его правилам. В этом обществе есть нормы, сформированные в первую очередь Конституцией – базовое демократическое классическое устройство, где есть исполнительная, законодательная и судебная власть. Я представляю одну из ветвей власти и в первую очередь облечена доверием, то есть обязанностью это доверие оправдать. Горжусь ли я назначением? Конечно, я горжусь этим доверием. Изменилось ли что-то во мне? Нет. Я всегда считала, что должность – это в первую очередь ответственность.

На пресс-конференции, посвященной Асгардии, 2017 год

На пресс-конференции, посвящённой Асгардии, 2017 год

Мне повезло, что я оказалась среди той небольшой группы людей, которую основатель Асгардии пригласил к сотрудничеству до того, как о создании Асгардии было объявлено широкой общественности. Это очень большая привилегия – возможность с самого начала следить за тем, как формируется уникальное сообщество космических энтузиастов.

Люди, которые первыми откликнулись и первыми присоединились к Асгардии (говоря маркетинговым языком, целевая аудитория), – это в основном те, кто и без нас мечтал о космосе, просто Асгардия стала овеществлением этой мечты, чем-то, к чему можно прикоснуться.

Казалось бы, ну кто не мечтал о звёздах в детстве? Помечтали – и забыли. Но нет, не забыли. Вспомнили сразу, едва представилась возможность, не меняя основную профессию, не переучиваясь, почувствовать себя причастными к космической деятельности.

Причём это сообщество – самоорганизующееся. Интересно наблюдать за групповой динамикой, даже рефлексия этого сообщества интересна. Для меня это очень серьёзный интеллектуальный стимул – находиться внутри этой среды.

У меня нет задачи быть великой и одинокой. Для меня весь смысл жизни в людях, и я хочу быть в коллективе единомышленников моего уровня интеллектуального развития и моего круга интересов. В Асгардии я рядом с людьми, с которыми работать в радость. Надеюсь, что это взаимно. Общая энергия нашего сообщества очень питает. Мне хорошо в энергетическом потоке Асгардии!

ТЕГИ
Комментарии
Вы можете оставить комментарий, войдя на сайт под своим логином и паролем или авторизироваться через социальные сети.
КОММЕНТИРОВАТЬ
Игорь Рауфович Ашурбейли
Гражданство: Россия
Дата рождения: 9 сентября 1963 года
Место рождения: Баку, Азербайджанская ССР, СССР
Ученая степень: доктор технических наук
Научная деятельность: воздушно-космическая оборона
Место работы: АО «Социум»
Награды и премии: Орден Почета Медаль «300 лет Российскому флоту» Медаль Жукова Медаль «50 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» Медаль «200 лет Министерству обороны» Нагрудный знак «За отличие в службе» I степени Медаль «В память 850-летия Москвы» Памятный знак «100 лет противовоздушной обороне» Орден «За честь и доблесть» Человек года - 2013 Орден «Святого князя Александра Невского» I степени Орден «Святой Анны» II степени Орден Святого благоверного князя Даниила Московского II степени Орден «Преподобного Серафима Саровского» III степени Медаль «Святого благоверного великого князя Георгия Всеволодовича» I степени Памятный знак «Святителя Николая» II степени
  Все награды

 

ЦИТАТЫ
ЦИТАТЫ
ТЕГИ
ПОДПИШИТЕСЬ НА НАШИ НОВОСТИ!