Вход / Регистрация
Жизненное кредо:
Человечность и компетентность

Журнал «Социум». №8-9 (39-40) 1994 год

Вещие слова

Автор фото: М. Стибор
Автор фото: М. Стибор

Наши предки умели удивительно правильно сводить воедино свои наблюдения над природой. Что, к примеру, означал обычай древних славян сплетать нижние ветви берёз, росших на хлебной ниве, с ржаными колосьями? Этот языческий обряд сопровождался молением: «Уродись хлеб – солома в оглоблю, колос – в дугу, а зерно – в напалок».

Оказывается, берёза – и вообще любое дерево – для хлеба всё равно что нянька. Летом, в зной, не даст задохнуться колоскам, щедро делится с ними своим кислородом и увлажняет воздух. А осенью палая листва удобряет пашню, улучшая родительские свойства земли-кормилицы. В большой дружбе полевые деревья и с птицами, а те, в свою очередь, помогают ниве избавиться от вредных насекомых.

Хлеб и лес – издревле кровные, неразлучные братья. И каждому из них народ посвятил множество мудрых пословиц и поговорок. В чём смысл вот этой: «Хлеб всему голова»? Где она родилась? На крестьянском подворье, после уборки урожая. По излишкам зерна земледелец судил, сколько голов домашнего скота он сможет прокормить в грядущую зиму...

Мы мыслим словами, и если не вникаем в них, то схватываем лишь верхние наслоения над корнем – не глубинные понятия. Вот и получается, что в словах у нас одно, а на языке – другое. Наше мышление оказывается над корневыми понятиями, из-за чего утрачивается связь со всем тем, что для нас жизненно важно. Горькая это пагуба – отрываться от родных корней...

Нету тщеславия в наших лесах... Фото М. Кливара

Нету тщеславия в наших лесах... Автор фото: М. Кливар

Привет

Не возникает вопроса, что надо сказать незнакомым людям во время встречи: «привет» или «здравствуйте». Кто скажет «привет», тот будет уличён в фамильярности. Но на каком основании? Попытаемся проникнуть внутрь слова «привет». Что в его корне? Самая обыкновенная привычная ВЕТвь. В самом деле?

Давайте совершим путешествие во времена собирательства и охоты. За пищей людям надо было отправляться в лес. В нём, естественно, водилось много хищников. А где можно было уберечься от них? На ветви!

В любое время дня и непроглядной ночью ветвь защищала от Моряны – ужаснейшей особы, богини смерти. Ветвь могла по-матерински прижать к себе – приВЕТить. Одарить своим сердечным приВЕЧанием без каких-либо условий – спасением Дать возможность ВИТать – жить.

Когда исчезала опасность, спасшийся человек подтягивал к себе концы молодых побегов той же ветви, разжёвывал их – исследовал таким образом, способна ли ветвь СПАСТИ также от голода? И само собой, если она была сухой, то, попав в костёр, СПАСАЛА того человека во второй раз – от холода.

Слово «ветвь» было сигналом СПАСЕНИЯ. И всё, что становилось известным о ней, потом связывалось со спасением. Для всех знаний о свойствах ветви существовало одно общее название, предположительно, ВЕЩТЬ (мудрость). Потом ветвь не просто опускалась и взлетала, отчего, как считалось, образовывался ВЕТер, а, являясь ВЕЩТЬЮ, свободно РАСПРОСТРАНЯЛА себя. Сотворяла ВЕЩАНИЕ, ВЕЩАЛА. Потому по роду своего занятие стала называться ВЕЩАННИЦЕЙ. Её искусство вещать не оставалось незамеченным. Наиболее выразительная вещанница снискала звание от корня ВЕТ – ВИТИИ – мастерицы говорить.

Несколько витий кряду уже образовывали ВЕЧЕ. Кто общался с ним, тот после обдумывания, как ему поступить в том или ином случае, получалось, не один принимал решение, а с сонмом ВЕТвей. Потому оно было соВЕТом. Иногда – надолго. На всю жизнь. Именно обусловленным особым появлением на свет, с участием ветви – обВЕТом. В наше время без «в» – обетом. От веча можно было также получить неожиданно толковый отВЕТ. Если он западал в душу, то уносился далеко ЗА ветвь и был, естественно, заВЕТом.

«Оголённый» ВЕТ, без приставки, суффикса и окончания, обозначал завершение делового говорения двух или нескольких сторон до принятия приемлемых взаимных обязательств – договор. И воспринимался он всеми однозначно – как повеление свыше, от самой ветви. Потому должен был исполняться неукоснительно.

Итак, ветвь слыла основой всего значительного в жизни. И если возникала необходимость выделить человека, то к нему ПРИближали ветвь, ПриВЕЧали. Жаловали его ветвью. По тогдашним представлениям уравнивали с ней. Поднимали его таким образом над всеми.

Нынче ветвь мы приближаем к встречным только на словах. Потому тот же самый «привет» менее приемлем для начала общения незнакомых людей, отличающихся числом прожитых лет, должностями.

Ветвью обвивали головы молодых перед свадебным пиршеством. И, конечно, в торжественной обстановке. Обряд витья ветви обращал жениха (буквально – чужого человека) во ВЬЮНОШУ, а невесту (привезённую из далёкой деревни, неизвестную) – во ВЬЮНИЦУ. В начинающих жизнь иначе – при венках. В обвенчанных.

Если кто-то хотел обрести бесстрашие, он водружал себе на голову венок из болотного очерета, и после мог бросаться куда угодно, не боясь погибнуть. Как мы говорим теперь – очертя голову.

Не стоит большого труда найти в дереве из гибкого сообщества ВЕТле название большого лесного голубя ВЕТютеня. Вальдшнепа все принимали за ВЕТлюка.

От ВЕТВИ начиналось осмысление явлений. С ВЕТВЬЮ всё сравнивалось. Результаты сравнения, подобно ступенькам, поднимали людей к познанию всего мироздания. Даже для обозначения Луны в четвёртой фазе без ветви было никак не обойтись, понадобилось создать слово ВЕТхая.

Кто ты – непознанный Бог или природа по Дарвину – но по сравненью с Тобой, как я бездарен! (А. Вознесенский)

Автор фото: В. Рейхман

Здравствуйте

В школе учат, что корнем в «здравствуйте» является «здрав» (здоровье). Поместим его на листе бумаги отдельно, а ниже, под «здрав», напишем то, что для людей главней всего, – «счастье». В «счастье» школа допускает считать корнем «часть».

Порассуждаем. Чего «часть»? Жизни, разумеется. Плохой? Нет, напротив. Хорошей. Но что позволяет утверждать это?

В «счастье» остаётся неиспользованной нами только приставка «с». Значит, она и придаёт корню «хорошесть». Запомним!

К сожалению, счастливая жизнь, как всякая, не длится вечно. Напишем под «счастьем» «смерть». В «смерти» корень МЕР. А что впереди него? Та же «хорошая» приставка «с»... Но может ли смерть быть хорошей?

Да, если она не навязана никем, случилась не потому, что катастрофически ухудшились условия жизни или из-за болезни. У меня на родине, под Иркутском, доныне пожилые люди считают такую смерть завидной, не меньше, чем милость судьбы: «Он умер своей смертью». Самой лучшей. По-научному: в конце биологического цикла.

Теперь всмотримся – что возглавляет «здравствуйте», разве не та же приставка «с»? Она. Только озвонченная последующей буквой «д». Отделим её. Что будет в корне? На древнерусском языке – ДРАВ, на современном русском – ДЕРЕВО. Обратимся к учению о частях речи.

«Здравствуйте» – глагол повелительного наклонения. Остаётся выявить, что повелеваем мы сделать нашим встречным? Если буквально, стать ХОРОШИМ деревом. Но почему?

Немного истории.

В глубокой древности наряду со словом «ветвь» бытовало слово «ветвина» – для ветви большого размера. Но не для неё одной. Все, вместе взятые, ветви и ствол тех ветвей также имели право именовать ветвиной. А что было деревом?

Доверимся собственному воображению...

Лыко для плетения лаптей сДИРалось с лиственной ветвины. В голодный год обДИРалась также колкая ветвина сосны, заключающая под корой съедобную плёнку – заболонь.

Подвергнутые обдиранию ветвины приобретали существенный признак. Он прямо-таки бросался в глаза, воспринимался раньше самих ветвин. Но их существования всё же нельзя было сбросить со счёта. Потому в обиход той поры вошло слово, соединившее последствия обдирания с ветвинами – ДЕРЕВЬЯ.

Со временем в разряд деревьев попали все ветвины, и неободранные, но как бы ожидавшие очередь стать ободранными. Их объединило слово ДРЕЗНА (ДРЕЗДА). По всей вероятности, до появления РОЗ-ДЕРТЕЙ, ДЕРТЕЙ, ДЕРЕВОК – пашен на месте выкорчеванных деревьев.

Что использовано мной для только что приведённого заключения? Сохранившийся глагол ДЕРБИТЬ, означающий СКРЕСТИ, ЧЕСАТЬ, ТЕРЕБИТЬ. А также сведение о том, что слово ВЕТВЬ имело краткую форму ВИЯ, способную ужиматься до ВЬЯ.

Какие-то ДЕРЕВКИ (пашни) оставлялись отдыхать на год-два. А то забрасывались. И, естественно, они быстро покрывались по преимуществу берёзовым налётом.

Переставали быть ДЕРЕВКАМИ (пашнями), переходили в залежь, поросшую деревьями, – ДЕРЕБИНЫ, в ДЕРБЫ. Это, по-видимому, сильно действовало на воображение наблюдательных людей. Возможно, что именно среди них для обозначения пространств с вторичными ЛИСТВЕННЫМИ деревьями (ДЕРЕВИН, ДЕРБ) от слова «лист» родилось слово «лес».

После лесом стали называться все деревья. И колкие тоже. Но к тому времени от корня «дерева» успело взойти много слов. Напомню наиболее забытые. Указывая на бесчисленное количество деревьев, говорили: дром. Чтобы пройти через него, надо было часто перелезать через гнилой валежник – через дрязги. Там то и дело приходилось набираться отваги – дерзать. Тот, кто дрожал от страха, считался человеком не из храброго десятка – дpeгой.

Вместо двух слов «ударить палкой» достаточно было сказать дерябнуть. И никто не думал, способна ли облепиха причинить колючками неприятность, потому что являлась дерезой. Для мелкого скота при жилище из дерева существовало слово дробь.

В далёкой давнине восточные славяне считали себя внуками Солнца, именовавшегося Даждьбогом – не только дающим богатство, но являющимся богатством, богом, по смыслу – Огнём. Почему не сыновьями? Существовал культ рода, его представителем был в большей степени дедушка, чем отец.

Важно то, что Даждьбог не был единственным правителем на небе, он иногда замещался Облаком, по тем воззрениям являвшимся Деревом, перевёрнутым вверх корнями, состоявшим в прямом родстве с наземными деревьями, со всем лесом. Но коль Облако имело статус заместителя Даждьбога, то все люди являлись одновременно внуками Дерева. От его Духа и Плоти.

Где доказательства тому?

Под Калугой, в деревне Хлу́днево, женщины лепят из глины Дерево с прорастающими из него лесными зверями и птицами. Вершину этого дерева занимает Человек. Глава рода. Женщина.

Совершим небольшую прогулку к истокам первых понятий. Сухие возвышения, поросшие сосняком, на Руси «прозывались» ЗДОРОВЩИНОЙ. Люди здоровщины – ЗДОРОВАТЕЛЯМИ.

В записях собирателей народной старины можно прочесть о том, что ЗДОРОВЬЕМ можно было назвать любого человека. «Занято подворье не для твоего здоровья». Для чьего-то. А в наших сказках как легко дерево перевоплощается в человека, достаточно произнести заклинание: «Стань, дерево, назади меня, а красная девица впереди».

Между прочим, такой яркой образности нет ни в одной лекции учёных мужей о единстве всего сущего на земле, о биоценозе.

Много ли людей успело уяснить для себя, что корнем в слове «пращур» является «чур» – деревянный предмет для разведения огня – покровителя ПАНА. И когда мы кого-то называем своим пращуром, то, пусть бессознательно, заявляем без оговорок, что происходим от ЧУР-ПАНА, по современным нормам языка – от ЧУР-БА-НА. От части ДЕРЕВА.

В нас «продолжается» ДЕРЕВО.

Столько прошлых дров накололи — хорошо им в печали гореть... Фото В. Житны

Столько прошлых дров накололи – хорошо им в печали гореть... Автор фото: В. Житна

Мы принимаем без спора, что дрючок – маленький кусок дерева. Но нам надо доказывать, что ДРУГ – тот же самый дрючок, только большего размера.

У русских до появления сравнительно молодого слова «жена» (гена) на жену говорили ДЕРЖАВА. Никто не забывал, что жена происходила от дерева. Была дарована деревом. Подстать дереву крепкой, с добрым нравом. Не суетливая. Надёжная.

Под словом «держава» нынче подразумевается сила. Но от кого она? От деревьев. В ком? В людях. Так что есть смысл то, что покоится в запасниках народной памяти, поднять на высоту лозунга: ищи в лесу прибыли, да не доведи лес до гибели.

Рай

Ветвь каждого дерева источала особый запах. Или дух. А главный продукт зелёной ветви кислород, не имеющий запаха, как будто не существовал. Хотя он-то как раз имел все права называться духом, притом без идеалистических домыслов и низведения до материалистически заурядного газа кислорода, существующего как будто с одним назначением – быть «кисло́ты рождающим».

Нередко нашим предкам случалось увидеть горящую после грозы сухую ветвь. Дым совершал видимое восхождение, да к тому же ничем не помогая себе, без крыльев.

Такое удивительное перемещение духа понадобилось выразить в слове. Тот, кто был смышлённее всех, от «вознесения» оторвал начальную часть, приставил её к «духу», а потом произнёс вслух: «Воздух!» – и поглядел на связанных с ним узами родства, захотел узнать, благозвучным ли получилось новое слово?

Соузники захотели завладеть духом, вытянули руки над горящей ветвью, однако, как и следовало ожидать, дух не ухватили. Попытались вобрать его в себя... Вытянули губы. Вдохнули. И поперхнулись. Но чем? Духом, что ли? Нет, тем, что восходило вместе с ним. Тот дух был назван нечистым.

Только от живой ветви, не горящей, распространялся чистый дух – вот что открыли для себя первоиспытатели естества. Втянули его в себя – и одухотворились. Стали с духом внутри. Приобрели душу, сами стали душой. Но ветвь создаёт не один дух. Как свидетельствуют исследования происхождения слов, допускающие догадки, от слова «ветвь» недалеко до слова «вода», «ведро», «выдра»... А что в действительности? Подсчитано – ельник, в частности, увлажняет воздух вокруг себя на четырнадцать процентов.

Настаёт осень. Что же, лиственная ветвь только и всего что теряет свой наряд? Она создаёт почву. То же делает хвойная ветвь. Только постепенно, в течение семи лет. Каждый год в лесу толщина почвы увеличивается на десятую часть миллиметра. Чуть не сказал, что, если обобщить, дух творит жизнь...

О тшельничаю, берложу, отлеживаюсь в березах, лужаечный, можжевельничий, отшельничаю... Скульптура С. Коненкова

Отшельничаю, берложу, отлёживаюсь в берёзах, лужаечный, можжевельничий, отшельничаю... Скульптура С. Коненкова

Слово «жизнь» в близком родстве со словом «живот». Когда живот живёт? С вложенным в него житом. Но жито всего-навсего охрана от голода, по болгарски – храна. То, что мы называем жизнью, на самом деле ДЫХАНИЕ. Так и называлось раньше всё живущее духом – ДЫХАНИЕМ. Доныне на умершего говорят, что он испустил дух. Прекратил своё дыхание.

Возле ветви, поглощая её дух, мы испытываем прямо-таки наслаждение, становимся людьми в духе. Не так страдаем от зноя. Можем взрастить для себя всё, что захотим съесть. И обретаем себя в прямом смысле. Поглядим на ветвь – нашим перенапряжённым глазам становится легче. Колебания в диапазоне «ветвиного» цвета воздействуют и на рецепторы нашей кожи. Мало того, что потом наши глаза увидят всё лучше, – они больше различат цветов!

Во время общения с живыми деревьями, источающими весь набор природных лечащих веществ, а также кислород высшей пробы, в нашей крови уменьшается избыток сахара, что по-особому, раньше здоровых, замечают больные диабетом. Мы становимся намного бодрей, неузнаваемо деятельней. Словно начинаем жить заново.

Когда в клетках нашего организма не хватает фосфора, нам бывает плохо. Ничуть не лучше, если у нас накопится его излишек. Деревья не приминут им «заинтересоваться». Тот душ, какой устроят они, (только на первый взгляд равнодушные к нашим горестям) от завалов фосфора ничего не оставит.

После омывающей терапии деревьев наш организм освободится от груза и других не в меру присвоенных химических элементов, притом их исчезновение произойдёт и безболезненно, и без побочных эффектов.

Вместе с тем под зелёным пологом леса в нашей крови возрастает количество гемоглобина, в два-три раза увеличивается боеспособность лейкоцитов, охраняющих нас от инфекций, пополняется запас витамина С...

Где живут деводеревья?.. Автор фото: М. Баптиста

Допустим, вы страдаете гипертонией... Неужто ваше положение безнадёжно? Отнюдь, пройдитесь к зарослям дуба. Только вдохните там запах листьев – и вам полегчает. А если раньше срока устанет ваше сердце? Тоже невелика беда. Подышите в лесной глухомани воздухом, настоенным на хвое, и опять оно станет бойким и выносливым, как и прежде.

Конечно, столь благодатная поддержка и подпитка леса нам нужны постоянно. Его воздействие тем эффективнее, чем больше мы доверяем русской пословице: лес соблюсти – себя обрести. Будет он – мы возродимся. Оживём.

Но одного физического здоровья мало. «Зелёный шум» не бесполезен и для нашего интеллекта.

Среди лесного раздолья усиливаются биотоки головного мозга, улучшается работа желёз внутренней секреции. Их общих сил будет достаточно, чтобы «расшевелить» белки – пептины. Они будто возрождаются, и оттого хранимая ими информация делается свежей, становясь пригодной для употребления с наивысшей отдачей, вследствие чего растёт продуктивность нашего мышления.

Мы легко и просто, без чьих-либо усилий со стороны и не принимая никаких допингов, заметно поумнеем. Не зря у наших пращуров было принято за правило принимать важные решения под кронами деревьев. Вероятно, у них, умеющих подбирать достойные речения, сложилась наставительная пословица: дерево голову бережёт. Ясно от чего. От ошибок.

Не обойдены лесной благодатью и чувства. От самого обычного созерцания лесов разных пород наши настроения приходят в движение, меняются. Как подмечено в народе, в сосняке хочется веселиться, в березняке жениться, а в ельнике удавиться.

Среди леса у края полян, на берегу озёр или рек, обозревая живописные ландшафты, мы забываем о своих непомерных эгоистических запросах. И так постепенно становимся самими собой. Добреем. Лес представляет нам основные условия для счастливого существования. Учитывая всё это, как же он должен по сути называться?

Я долго растягивал слово «радуга» по слогам. То, что в «радуге» заключена «дуга», нечего было сомневаться. Но моё внимание останавливает слог «ра». Я не мог, сколько ни бился, объяснить себе, что выражает он. Затем узнал, что раньше Волга называлась Ра.

Позднее мне попалась на глаза статья о том, что в Архангельских говорах «ра» означала влажное место в лесу. И дуга в небе тотчас предстала передо мной «с водою» внутри. Совсем иначе я увидел тогда же Ра. Тоже с водой до верхнего края берегов. А вокруг – лес.

Из пояснительного текста мне открылось, что на древнерусском языке пирамидальный тополь назывался раиной. Дальше как-то само отыскалось слово рай – сад. Что же получилось в итоге? За рай следует принимать лес. А где он выведен под корень, там ад.

Лев Черепанов
Из журнала «Свет»
Подписи к иллюстрациям –
из произведений Андрея Вознесенского

Боже, ведь я же Твой стебель,
Что ж меня отдал толпе?
Боже, что я тебе сделал?
Что я не сделал Тебе?

Автор фото: Б. Белица

С рождением каждого ребёнка в Италии будет высажено дерево. Так гласит проект закона, утверждённый комиссией по сельскому хозяйству итальянского сената.

Контроль за соблюдением постановления будет возложен на местные органы власти. Отдел муниципалитета через 15 месяцев после регистрации ребёнка должен в его свидетельстве о рождении отметить место высадки дерева.

«Мы надеемся привить людям любовь к природе и создать более здоровую среду обитания для будущих поколений», – заявил по этому поводу сенатор-социалист Пьетро Пиццо.

Из газеты «Спасение»

ТЕГ�?

Ещё в главе «Сердце - разум - дух»:

Вещие слова
Привет, Россия!
Голубая даль с белыми церквами. Ностальгические воспоминания русского помещика на чужбине
Над вечным покоем
Игорь Рауфович Ашурбейли
Гражданство: Россия
Дата рождения: 9 сентября 1963 года
Место рождения: Баку, Азербайджанская ССР, СССР
Ученая степень: доктор технических наук
Место работы: АО «Социум»
Награды и премии: Орден Почета Медаль «300 лет Российскому флоту» Медаль Жукова Медаль «50 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» Медаль «200 лет Министерству обороны» Нагрудный знак «За отличие в службе» I степени Медаль «В память 850-летия Москвы» Памятный знак «100 лет противовоздушной обороне» Орден «За честь и доблесть» Человек года - 2013 Орден «Святого князя Александра Невского» I степени Орден «Святой Анны» II степени Орден Святого благоверного князя Даниила Московского II степени Орден «Преподобного Серафима Саровского» III степени Медаль «Святого благоверного великого князя Георгия Всеволодовича» I степени Памятный знак «Святителя Николая» II степени
  Все награды

 

ЦИТАТЫ
ТЕГИ