Летопись села Хирина.
Автор идеи и издатель – Игорь Ашурбейли
Руководитель проекта – Елена Щербакова
Тексты – Михаил Ляпин
Фото – Александр Барыкин
Издание выпущено по заказу Благотворительного фонда по восстановлению храма Усекновения главы Иоанна Предтечи.
Реквизиты для перечисления пожертвований:
Благотворительный фонд по восстановлению храма Иоанна Предтечи
Россия, 607220, Нижегородская область,
г. Арзамас, ул. 50 лет ВЛКСМ, д. 28, оф. 6
Тел.: (83147) 7-93-68 e-mail: Mikhail.Tikhonov@oaoapz.com
р/с 40703810100000000193
в ЗАО КомБанк «Арзамас» г. Арзамас
БИК 042204757
кор./с 30101810300000000757
ИНН 5243995043, КПП 524301001
ОГРН 1115200004501
Хиринское лихолетье. Свято место пусто
Коммунистическая сознательность может выступать как в форме убеждений, так и в виде глубоко укоренившихся в психике чувств, склонностей и привычек. Но, независимо от формы проявления, по своему содержанию она всегда является коммунистической идейностью, предполагает осознание той цели, во имя которой должны совершаться поступки.
Советский словарь по этике
С началом коллективизации возвратился в Хирино давно не бывавший дома Иван Александрович Курмышов. После того, как в 1924 году народный суд осудил его за растрату в сельской кооперации («где-то что-то не учёл»), он провёл год в заключении, а потом сразу уехал на заработки в Среднюю Азию. Последующие 5 лет он работал каменщиком на стройках Туркмении и Узбекистана, а зимой 1931 года вернулся к своему заброшенному бедняцкому хозяйству. Приехав в родное село, он в числе первых подал заявление о вступлении в хиринский колхоз «Искра Ленина» и был избран первым его председателем, проработав на этой должности до октября 1935 года.
В биографии этого советского служащего особенно примечателен следующий эпизод.
29 июня 1935 года шатковская районная газета «Новый путь» торжественно отрапортовала: «Коммунист Курмышов привёл квартиру в культурный вид».
Из заметки выяснилось, что на последнем пленуме райкома ВКП(б) он был предметом «проработки» за то, что «мало проводил коммунистическое и антирелигиозное воспитание своей семьи». Проработка не прошла для него даром: «Тов. Курмышов осознал и политически правильно расценил решения пленума, приступил к их выполнению. Всех «святых» из дома вынес, очистил угол своей квартиры от прочего хлама. Произвёл внутренний ремонт, побелил стены и потолок. Вид комнаты стал более культурным, на стенах – картины и портреты вождей, семья довольна».
За понятливость партийное начальство поощрило хиринского председателя командированием его на учёбу в Высшую коммунистическую сельскохозяйственную школу. По окончании курсов Курмышова направили в Смирновскую МТС на должность зам. директора по расчётам, а в конце 1930-х перебросили на руководящую работу куда-то в Сибирь, где его и застала Великая Отечественная война. В родное село, где у него остались жена и трое сыновей, ему больше не суждено было вернуться: мобилизованный в Действующую армию, он пропал без вести в декабре 1941 года, и судьба его не установлена до сих пор.
Ещё в главе «Хиринское лихолетье (по материалам нижегородских архивов и газет)»:
Хиринское лихолетье. Свято место пусто
Хиринское лихолетье. Иконы есть, детей крестил – значит...
Хиринское лихолетье. Судьба красногвардейца