Вход / Регистрация
Жизненное кредо:
Человечность и компетентность

Журнал «Социум» №7(19) 1992 год

«Блажен иже и скоты милует» (заметки о движении покровительства животным)

Известно, что в неблагополучные для человека времена первыми страдают не люди, но братья их меньшие, безжалостно выбрасываемые иными из двуногих за порог дома, как обуза, лишние рты. Выброшенные становятся обречёнными. Что здесь удивительного, скажете вы. Худое общество отказывает в человечности себе подобным – что уж там говорить о животных!..

Человек – это звучит гордо? На круг пока гордиться особенно нечем. Не только в сытости, но и в нужде ох как нужно оставаться людьми, в том числе и по отношению к «скотам – созданиям Божьим», как говорили в старину, к тем, чья жизнь – это продолжение (а может быть, начало) нашей жизни.

Рисунок О. Целкова

Рисунок: О. Целков

«Бить по голове и животу вовсе запрещается»

Впервые об идее покровительства животным заговорили в Англии. Когда в 1811 году лорд Ерскин осмелился выступить в палате лордов с требованием защиты обездоленных животных, ему ответили свистом и криками. Но всё же через 13 лет Общество для предупреждения жестокого обращения с животными в Великобритании было утверждено. Оно пользовалось поддержкой королевы Виктории и вскоре получило название королевского. Благодаря его стараниям бои быков, петушиные схватки, травли собак, барсуков и прочие жестокие развлечения удалось запретить.

Есть сведения, что в России первая подобная организация – «Общество сострадания животным» – появилась в Одессе. Однако наиболее яркий след оставило Российское общество покровительства животным.

Основал его рядовой петербургский чиновник Б. Паули. Побывав за границей, он так проникся благородной идеей помощи животным, что, возвратившись в столицу Государства Российского, сразу уселся за Устав общества. Паули поддержали его сыновья, знакомые, всего набралось человек пятьдесят. Министр внутренних дел 4 октября 1865 года подписал Устав новоиспечённого общества. Оставался пустяк: на место председателя найти какого-нибудь «свадебного генерала», чином посолиднее, с хорошей родословной, при орденах. Но не тут-то было. Местная печать не без ехидства отзывалась о детище Паули, и потенциальные председатели остерегались дать «добро»: за границей этим можно заниматься, а у нас народ тёмный, не поймут-с.

Но всё же одного сговорчивого светлейшего князя отыскать удалось. Это был А. А. Суворов, его и провозгласили первым председателем новоиспечённого общества.

Постепенно предубеждение против новой организации у почтенной публики исчезло, и в Петрозаводске, Витебске, затем Москве, Новгороде, других больших и малых городах стали появляться её отделы. На Украине один из первых филиалов создали в небольшом тихом городишке Умани в 1873 году. Причём создавали отделы люди военные – начальник шестой кавалерийской дивизии генерал-лейтенант Б. Швебс, начальник штаба полковник И. Гец, ротмистры Р. Галькевич, И. Хмелевой, Л. Зандес. Впрочем, чему удивляться: офицеры русской армии отличались особым благородством и свободомыслием.

Наконец-то город! Фото Ю. Белинского

Наконец-то город! Фото: Ю. Белинский

Под нажимом покровителей животных Министерство внутренних дел утвердило Правила обращения с животными. Вот лишь немногие, но наиболее характерные из них:

Запрещается употреблять на работу животных видимо больных, изувеченных, имеющих раны и хромых.

Не дозволяется наносить животным удары твёрдым или острым оружием (дубинами, крючьями и тому подобными), а бить по голове и животу вовсе запрещается.

Запрещается накладывать груз слишком тяжёлый, явно не соответствующий силам животного и состоянию дороги.

Упавшую в упряжи лошадь воспрещается поднимать ударами кнута, но следует непременно распрячь её, если пособие руками окажется недостаточным.

Вообще запрещается всякое мучение каких-либо животных и всякое жестокое с ними обращение.

Кроме этого, в Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями, ещё в 1871 году удалось ввести статьи:

ст. 43-А. За причинение домашним животным напрасных мучений виновные подвергаются денежному взысканию до 10 рублей;

ст. 153. За убой или изувечение чужих животных виновные подвергаются аресту до одного месяца или денежному взысканию до ста рублей;

и ст. 123. За неосмотрительную или непомерно скорую езду в городах и селениях, а также за поручение управления лошадьми лицу неспособному или пьяному виновные подвергаются аресту до семи дней или денежному взысканию до двадцати пяти рублей.

Так Российское государство сделало ещё один шаг в сторону культурной и милосердной Европы. Предусматривались и поощрения. Так, постового В. Супольникова, спасшего в Москве-реке утопающую собаку, наградили бронзовой медалью и 3 рублями (по тем временам неплохие деньги).

В 70-х годах прошлого столетия в России существовал обычай водить медведей. Заколов рогатиной медведицу, охотники забирали медвежонка и продавали гулящим людишкам. Те дырявили ему ноздри калёным железом, сажали на цепь, поили бражкой и водили по базарам на потеху народу. Как правило, через два-три года «заезженный» медвежонок погибал или, вконец сбесившись от постоянного пьянства, кого-либо задирал и получал пулю в лоб.

Член общества некто А. Шестаков предложил обществу сострадания животным положить конец этой варварской традиции. Правление поддержало Шестакова и обратилось по этому вопросу в Кабинет Министров. Письмом заинтересовался сам государь. 30 декабря 1866 года он высочайше повелел: «...Воспретить существующий промысел водить, для забавы народа, медведей, с тем, чтобы сроком окончательного прекращения сего промысла было назначено пять лет, считая с 1867 года».

Постепенно идеи общества получали всё большую поддержку. Газеты печатали бесплатно его объявления, известные артисты передавали ему свои денежные сборы. А государыня императрица милостиво согласилась стать августейшей покровительницей общества.

Ну его к чертям собачьим! Фото Е. Кондакова

Ну его к чертям собачьим! Фото: Е. Кондаков

Майские союзы

Люди старшего поколения, наверное, ещё помнят прелестные рассказы финского детского писателя Захария Топелиуса. В своих коротких рассказах Топелиус приучал детей прислушиваться «к двум великим голосам: голосу совести и голосу природы».

Впрочем, главное дело писателя отнюдь не книги, а создание школьных Майских союзов, где дети соревновались в совершении добра животным. Так, на Рождество по всей Финляндии ребята устраивали «новогодний обед лошадям»: морковка, свежий бисквит, сахар, чёрный и белый хлеб. Не правда ли, неплохое кушанье?

Вступая в союз, ребята клялись не разорять птичьих гнёзд, помогать попавшим в беду кошкам и собакам, сажать деревья: «Никогда неправда не будет совершена с нашего согласия или оттого, что мы равнодушно допускаем совершение её. Мы, мальчики, объявляем войну против коварства, жестокости и несправедливости. Мы будем всеми дозволенными средствами противодействовать насилию над мелкими птицами. Мы, девочки, в тех случаях, когда не можем сделать другого, будем горячо и убедительно просить обидчиков пощадить безвинные существа, которые требуют нашего заступничества. Всё это мы обещаем во имя любви к Богу и Его творениям и из благодарности к птицам за их пение».

Нарушить добровольную клятву – большой позор. Кто не желал или не мог выполнить обещания, выходил из союза.

В первый день мая все школьные союзы со своими знамёнами выходили за город в какое-нибудь красивое место. В этот день избирался король Майского союза. Празднество открывалось хоровым пением, затем следовали соревнования, игры, праздничный обед. Новый король и его «совет министров» руководили союзом до следующего мая.

Топелиус умер в феврале 1898 года. К этому времени в его маленькой Финляндии в Майских союзах насчитывалось более 15 тысяч человек. Мода на союзы быстро распространялась по Европе, Америке, России.

Считается, что первый в России Майский союз создан в мае 1898 года в селе Елисаветино Псковской губернии учительницей Е. Вагановой. Отдыхая в финской деревушке, она как-то разговорилась с мальчиками из Майского союза и решила такой же организовать у себя дома.

Деревенским ребятам понравилась идея, и через год в союзе состояло более двух сотен детей из всех близлежащих деревень. Елисаветинскому союзу повезло с самого начала. Его поддержал популярный в стране детский журнал «Родник», а Министерство внутренних дел без проволочек утвердило Устав.

Благодаря «Роднику» Майские союзы стали появляться и в других губерниях и городах, больших и малых. До наших дней дошёл его Устав – настоящая мини-хрестоматия педагогических знаний, проповедующая добро, ласку, милосердие.

Дети не платили взносов. Финансировали союз взрослые жители – врачи, военные, священники, вошедшие в специальный попечительный комитет. А ещё с детьми проводили игры и строевые учения, экскурсии и хоровые пения. Святые отцы вели духовные беседы: «О милосердии к животным с точки зрения Евангельского учения».

Так почему же почин двух-трёх десятков энтузиастов не вылился в массовое движение Майских союзов, такое, как, например, в Финляндии или Америке?

Почти сто лет назад этим вопросом мучился А. Сталь, один из авторов журнала «Защита животных»: «Всё горе, кажется, в том, что мы, русские, ужасно боимся быть смешными и, не стыдясь выказывать многие отрицательные стороны, стараемся скрывать всё чуткое, отзывчивое, сострадательное... Словом, всю внутреннюю красоту души!».

Наверное, он оказался довольно близок к истине.

"Кормить и дразнить животных запрещается"...  Надо же — всё как у людей!

«Кормить и дразнить животных запрещается»... Надо же – всё как у людей!

Гостья. Фото С. Пожарской

Гостья. Фото: С. Пожарская

Суждены нам благие порывы...

Немного оправившись от революции и других бурных событий, интеллигенты, не уехавшие за рубеж и ещё не сосланные на «архипелаг Гулаг», не забыли о «братьях наших меньших». Правда, слова «милосердие» и «покровительство» при новой власти стали считаться непопулярными и советскими толковыми словарями расценивались как «устаревшие». А посему о возрождении старого доброго общества покровительства животным говорить уже не приходилось. Даже деятели охраны природы махнули на него рукой.

И всё же в конце 20-х годов на Украине, а также в Ленинграде, Ростове, Костроме и Рязани появляются общества, заботящиеся о животных. Правда, заботу эту связали с... политикой. Ленинградцы, к примеру, эпиграфом к своему уставу записали: «Защита животных – укрепление обороны страны и усиление народного хозяйства». В Харькове придумали похожее: «Охраняя животных и растения, ты укрепляешь мощь державы». Что это, ловкое прикрытие или откровенное желание «шагать в ногу со временем»? «Живрас» – так нелепо звучало в сокращённом виде Всеукраинское общество защиты животных и растений. Организованное 15 февраля 1925 года в тогдашней столице Украины Харькове, оно через пару лет открыло свои филиалы и в других городах.

Новые времена – иные формы работы: театрализованные действа типа детского «Суда над мухой» (где подсудимый – Муха – приговаривается к смертной казни), месячник охраны животных и растений. К Дню птиц (20 марта) добавился День пчелы (20 апреля). Словом, любое дело в помощь животным насквозь пропитывалось кампанейщиной и идеологией.

В августе 1930 года ВЦИК и СНК РСФСР приняли Постановление о добровольных обществах. НКВД вменялось в обязанность «привязать» к типовому уставу все существующие в стране общества, и, конечно, начать «великую» перетряску.

В конце 1930 года в Ленинграде, как, впрочем, и в других городах, начался очередной политический спектакль, именуемый «общественный смотр обществ». Разговор с добровольными объединениями оказался коротким: некоторые прикрыли сразу, другие постановили поначалу реорганизовать – прикрепить к соответствующему вузу, чтобы за обществами был политический надзор партийных и комсомольских коллективов и общественных организаций.

А 10 июля 1932 года ВЦИК и СНК РСФСР разродились ещё одним «Положением о добровольных обществах и их союзах» (действующим, кстати, и до сих пор!). Эта бумага поставила энтузиастов под прямой удар самого ничтожного администратора. К тому же каждый член общества бдительно «просеивался сквозь сито пролетарского контроля». Был переработан Устав общества. А исполкомам разных уровней предписывалось направлять списки членов объединений с указанием их социального положения, должности вне общества и партийности.

Но то ли недостаточной оказалась прослойка пролетариата, то ли мало коммунистов и комсомольцев. Одним словом, в 1934 году общество защиты животных было закрыто. Примерно тогда же был поставлен крест на подобных обществах и в других городах.

Защитить защитников животных оказалось некому.

Гость. Фото В. Заболотских

Гость. Фото: В. Заболотских

Из журнала «Свет»

ТЕГИ

Ещё в главе «Человек - общество - природа»:

«Блажен иже и скоты милует» (заметки о движении покровительства животным)
Символ домовитости, благополучия, мудрости и справедливости
«На севере диком» (отрывок из рассказа)
Игорь Рауфович Ашурбейли
Гражданство: Россия
Дата рождения: 9 сентября 1963 года
Место рождения: Баку, Азербайджанская ССР, СССР
Ученая степень: доктор технических наук
Научная деятельность: воздушно-космическая оборона
Место работы: АО «Социум»
Награды и премии: Орден Почета Медаль «300 лет Российскому флоту» Медаль Жукова Медаль «50 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» Медаль «200 лет Министерству обороны» Нагрудный знак «За отличие в службе» I степени Медаль «В память 850-летия Москвы» Памятный знак «100 лет противовоздушной обороне» Орден «За честь и доблесть» Человек года - 2013 Орден «Святого князя Александра Невского» I степени Орден «Святой Анны» II степени Орден Святого благоверного князя Даниила Московского II степени Орден «Преподобного Серафима Саровского» III степени Медаль «Святого благоверного великого князя Георгия Всеволодовича» I степени Памятный знак «Святителя Николая» II степени
  Все награды

 

ЦИТАТЫ
ЦИТАТЫ
ТЕГИ
ПОДПИШИТЕСЬ НА НАШИ НОВОСТИ!