Вход / Регистрация
Жизненное кредо:
Человечность и компетентность

Журнал «Социум» №7(19) 1992 год

Подвиг «бесполезный»

(Фрагменты философского наследия Иосифа Левина)

Иосиф Давыдович Левин (1901 – 1984) окончил в 1922 году философское отделение Московского университета и в 20-е годы был непременным участником московских философских кружков. Он не примыкал ни к одному из распространённых в те годы философских направлений: ни к религиозным философам, ни к феноменологам, ни к марксистам. Ни одна из его философских работ напечатана не была (книга «Философия знания», высоко оценённая Густавом Шпетом и рекомендованная им к печати, пропутешествовав два года но цензурным инстанциям, в 1924 году была запрещена). Почти всю жизнь Левин проработал в Институте государства и права, был доктором юридических наук (с 1939 года) и профессором, но призванием своим всегда считал философию. В 1950 – 1960-х годах им был написан большой философский труд, включающий в качестве разделов метафизику, этику, эстетику и философию культуры.

К понятию ноосферы – в терминологии автора пневмосферы или пневмобиокосмоса – Левин пришеёл со стороны, противоположной Владимиру Вернадскому, – не из земной глубины, а с высот метафизического умозрения. Однако в становлении метафизики Иосифа Левина большую роль сыграли современные научные концепции.

Ю. И. Левин

Мою метафизику можно свести к противоположению: природа влечёт (или влечётся) к наиболее вероятному состоянию, человек стремится к наименее вероятному.

* * *

...Мировой процесс – это процесс преодоления случайности всё более высокими формами противослучайности, или, что то же, процесс перехода от более вероятного состояния к менее вероятному. Эти формы, под которыми «хаос шевелится», следующие: Порядок (Космос), Жизнь (Био-космос), Дух (Пневмобио-космос). Эти формы не «сотворённые», ибо они первичны и непроизводны, а «эманированные». Каждая форма знаменует приобщение сущего к большей полноте Бытия.

* * *

Принцип первой эманации – порядок, второй – цель, третьей – ценность. /.../ Пневмобиокосмос несёт свою цель, свой смысл в себе самом. А это и есть то, что мы называем ценностью. Ценна духовная жизнь, духовная деятельность, и она сообщает ценность и всем своим произведениям во всём разнообразии их форм – художественной, научной, философской, религиозной, этической, социально-нравственной и тому подобным. Здесь как сама деятельность, так и её результаты представляют собой самоцель, а не средство, а постольку и ценность. Духовную деятельность я характеризую как установку на объективное, то есть как трансцендирование человеком потребностей и интересов, присущих ему как существу природному.

* * *

Хаос поставляет космосу материю, космос биокосмосу – упорядоченность и закономерность, биокосмос пневмобиокосмосу – органический субстрат. Пневмобиокосмос «работает» только на себя. Если он борется против возрастания энтропии в биокосмосе, то опять-таки для себя же. Именно в этом смысле он есть самоцель. Вопрос «зачем жить?» имеет смысл. Вопрос «зачем знать, зачем стремиться к прекрасному, зачем жалеть людей?» бессмысленен, ибо ответ на него невозможен. Можно объявить философию служанкой богословия или искусство слугой этики, но культура в целом – только ради самой культуры.

* * *

Пневматика противоестественна. Она заставляет человека, в отличие от всех «нормальных» существ, заниматься тем, что его не касается (наука, философия), тратить силы на создание бесполезных вещей (искусство), сохранять неполноценных и слабых членов общества (этика). Правда, можно сослаться и на огромные практические достижения науки (техники), на то, что хорошая музыка в цеху способствует производительности труда, что этический порыв может спасти от пламени или вытащить из воды полезного и полноценного члена общества; но этому списку благодеяний можно опять-таки противопоставить список злодеяний: технику разрушения и уничтожения людей, загрязнение среды, опасности, которыми чревата генетика, волну самоубийств после появления «Страданий молодого Вертера» и так далее и тому подобное. Прагматический критерий оказывается неприменимым.

* * *

Разве человек в этом мире не ведёт себя, в отличие от других животных, как выходец из других миров?

* * *

Привыкли противопоставлять технике природу как нечто положительное. В действительности природа со своими законами борьбы за существование, выживания приспособленных, пожирания одних другими, со своими влечениями и импульсами, стихийными бедствиями и конечной гибелью всего, что живёт, не менее жестока, чем может оказаться техника. Натурализм и техницизм – два врага духа: один – внешний, другой – внутренний, ибо его собственное детище. Человек – человек, поскольку он поднимается над природой и техникой, поскольку он не раб природы и не раб машины.

Отступающей интеллигенции ну просто некуда уже и отступать. Фото Н. Кизенко

Отступающей интеллигенции ну просто некуда уже и отступать. Фото: Н. Кизенко

* * *

Развенчание венца творения стало главной одержимостью науки от Коперника через Дарвина до Фрейда и Тьюринга. Надо доказать, что между человеком и плесенью нет никакой принципиальной разницы, поскольку оба реагируют на среду в целях самосохранения. Эмоции человека изучаются на опыте испражняющихся крыс. Это какое-то мазохистское самооплёвывание. Эта наука объясняет всё, кроме самой себя.

* * *

Прогресс имеет своё метафизическое основание. Он означает, что каждый последующий модус бытия включает в себя всё предыдущее, но ими не исчерпывается, выходит за их пределы, не может быть сведён к ним и ими объяснён. Тем самым дан и объективный критерий прогресса: то, что подготовляет условия для нового модуса бытия, новой эманации, есть прогресс. /.../

* * *

В отличие от того, что имеет место в биосфере, мы не располагаем той вышкой (если таковая существует), с которой просматривался бы прогресс (если таковой существует) в пневмосфере. Мы можем строить лишь догадки... Критерием прогресса может служить степень отдалённости или расстояние от предшествовавшего, то есть биологического, модуса бытия. Это значит: отличие не только в средствах самосохранения индивида и вида, но и в целях этого сохранения и существования вообще, обращённость и стремление к трансцендентному, противостояние влечениям, различные формы самоутверждения духа – то есть всё то, что относится к эзотерической культуре, её максимальному развитию и распространению. Это можно было бы определить как максимальное выявление творческих духовных потенций или как наибольшую духовную активность наибольшего числа людей.

С этой точки зрения наше время может представиться как период регресса, выражающегося, в частности, в следующем:

1. В науке господствует редукционизм позитивистского, биологического, бихевиористического, фрейдистского и материалистического толка.

2. В социальной жизни господствует, как никогда, вседозволенность в плане этическом и сексуальном.

3. В ряде стран эзотерическая культура вообще находится под запретом – полным или почти полным.

4. В отсталых странах либо непосильный труд, либо голод и нищета, либо и то и другое не оставляют места для какой-либо духовной деятельности. В последнем отношении наша эпоха, впрочем, не хуже, а, пожалуй, даже несколько лучше других.

На это можно ответить:

1. Каковы бы ни были псевдофилософские выводы учёных, сама аккумуляция знаний в сфере природы, психики, социальной жизни и так далее создаёт более прочную и широкую познавательную базу для эзотерической культуры. Такую же роль может играть и новаторство в искусстве. Теории приходят и уходят, а знания остаются.

2. Соблазны, искушения и опасности, обусловленные вседозволенностью и запретами, не могут убить дух, а в конце концов его закаляют, и этому можно привести немало доказательств.

* * *

Культура – это ступень, слой или модус бытия, следующий за Порядком и Жизнью, слой или модус пневматический. Elan spirituel следует за elan vital и проходит аналогичный путь от простейшего и элементарного к сложному и сложнейшему. «Порядок» (первая эманация) живёт в настоящем; жизнь (вторая эманация) устремлена к будущему; дух (третья эманация) – к сверхвременности, к вечности. Как всякий другой слой, культура использует в качестве своего материального базиса, в качестве материала своей деятельности, своего орудия материал и результаты предшествующих слоёв и несёт на себе следы неизжитого первозданного хаоса, шевелящегося под ними. Культура представляет собой высшую форму противослучайности, борьбы против возрастания энтропии. С точки зрения природы, культура – это создание наименее вероятного, и в этом заключается её творческая суть. Это – борьба, в результате которой культура либо, завершив свой «подвиг бесполезный», будет захлёстнута хаосом в результате тепловой смерти, либо она подготовит почву для какого-то нового, неведомого и невообразимого модуса бытия, сверхкультурного и сверхисторического, для какой-то новой эманации – то есть для эсхатологического «конца дней»...

* * *

Культура – это реализация в земных условиях особого, высшего и последнего по времени модуса бытия – сознания, духа.

* * *

Наука и метафизика смотрят на историю человечества с разных концов. Наука – снизу, она прослеживает постепенное отдаление человека от его животных предков; метафизика – сверху, прослеживая приближение, пусть асимптотическое, человека к некоему пределу, который, хотя и остаётся недоступным и недосягаемым, направляет путь, полный подъёмов и падений, и с полной отчётливостью просвечивается в нём.

Вдумчивые биологи не могут обойтись без представления об ортогенезе – от простейших до homo sapiens. Без ортогенеза, или векторного генеза культуры, путь от каменного века до Канта и Эйнштейна, до высадки на Луне был бы невозможен. Но тут коренная разница в позиции наблюдателя. С появлением homo sapiens природа завершила эволюционный процесс, и вступил в действие новый фактор – культура, или социальный фактор как одно из её проявлений. Биологическую эволюцию изучали уже с готовых позиций культуры. Но культурный ортогенез не завершён, и нам не дано знать, чем и когда он завершится. Фактическая позиция любого наблюдателя будет условной и случайной, а представление о какой-то идеальной позиции, где кончается ортогенез культуры и вступает в действие какой-то новый, надкультурный фактор, – чисто гипотетическое. Здесь метафизика переходит в эсхатологию.

* * *

Опыт метафизической эсхатологии

Религиозная эсхатология вытекает из веры в конечную победу добра; она опирается на библейское пророчество, на видения Даниила, на Апокалипсис, или на Авесту, Коран и тому подобное. Метафизическая эсхатология исходит скорее из отрицательного убеждения в том, что нынешнее состояние Сущего не есть и не может считаться конечным и окончательным, – это противоречило бы всему ходу и всем тенденциям мирового процесса, – и опирается она на выводы самой метафизики и на методы экстраполяции и аналогии.

Физические, химические и производные (климатические и тому подобные) процессы, происходящие в космосе (на Земле, во всяком случае), подготовили материальное вместилище для жизни. Биологическая эволюция (основным фактором которой, по-видимому, были случайные мутации, закреплённые в силу естественного отбора), ведущая от простейших организмов до высших млекопитающих и человека, подготовила в виде человеческого мозга материальное вместилище для духа. Начинается история, основные и тесно взаимосвязанные факторы которой – это стремление человека обеспечить и улучшить условия своего физического существования (экономический и технический фактор), объединиться во всё более расширяющиеся и дифференцирующиеся группы (социальный фактор) и развернуть духовную деятельность (культурный фактор), – история, ведущая от человека палеолита до Христа, Ньютона, Гёте. Отрицать направленность в ходе эволюции и истории равносильно попытке объяснить очевидные результаты самым неправдоподобным образом или спорить против очевидности.

Начало истории означало прекращение биологической эволюции для человека и если не полное прекращение, то значительное сокращение её роли и для животного мира в целом.

В истории человека фактор биологического отбора играет минимальную роль. Десятки миллионов жертв Аттилы, Чингиз-хана, Тамерлана, Гитлера, Сталина не были биологически менее приспособлены, чем орды и палачи. Вымершие или вымирающие народности Севера, или индейцы Северной Америки, или берегов Амазонки не были менее приспособлены к естественным условиям, чем те же индейцы в Парагвае или Боливии: основную роль в обоих случаях сыграли взаимоотношения с более «культурными» и лучше вооружёнными пришельцами. Этика и социальные законы направлены как раз на «выживание неприспособленных», что и вызывало гнев Ницше («падающего толкни»)...

Большую роль в деле ограничения действия факторов естественного отбора в животном мире играет вторжение в него человека, отметим прежде всего такие факты, как появление культурных растений, селекция, приручение животных, выведение новых пород и, наконец, современная и будущая генетическая инженерия. Далее: если вирусы и бактерии ещё могут, благодаря естественному отбору, приспособиться к антибиотикам, то всё же никакие полезные мутации не могут сделать зверей неуязвимыми для капканов и сетей, для стрел, гарпунов и бумерангов, не говоря уже об огнестрельном оружии. А наступление экологической эры – это почти равносильно наступлению эсхатологического века в животном мире. Отныне человек взял на себя охрану растительного и животного мира, флоры и фауны. И хотя волк ещё не живёт с овцой, а тигр не лежит вместе с ягнёнком, но с самым страшным врагом № 1 – с человеком – устанавливается нечто вроде мирного сосуществования.

Вернёмся к миру человека. Так же как эволюция подготовила вместилище для следующей эманации – духа /.../, так и история, надо думать, подготавливает вместилище для следующей четвёртой эманации. Коренная ошибка Ницше заключается в том, что он путь к сверхчеловеку видел в продолжении той же эволюции, того же естественного отбора, который уже сыграл свою роль, подготовив появление человека. И ту роль, которую в эволюции сыграл случай, в истории играет свобода, свободное творчество – во всех областях культуры. И как, несмотря на случайные мутации, всё же в процессе эволюции должна была проявиться определённая направленность, определённые тенденции, в конце концов возобладавшие, так и в историческом процессе целепоставление свободной воли становится всё более осознанным, хотя именно свобода порождает конфликты между различными целями, ошибки, заблуждения и блуждания. Можно ли в таких условиях говорить о какой-то преобладающей тенденции? Явится ли линия развития от неандертальца до Геббельса равноправной с линией развития от того же неандертальца до Эйнштейна? Можно ли допустить, что дух «низошёл» и превратил обезьяну в человека ради Геббельса?

Подобно тому, как эволюция через все полезные и вредные мутации подготовила вместилище для Духа, так и история через все заблуждения, пробы и ошибки подготовляет вместилище для новой эманации, для нового модуса бытия и Сущего, а этим вместилищем может быть только культура, культура, достигшая своей высшей ступени, до которой ей ещё очень далеко.

Мы не знаем и не можем знать, чем будет этот новый модус бытия, эта четвёртая эманация, эта более полная степень бытия. Но можно предположить, что подобно тому, как третья эманация сохранила в человеке организм – наследие предыдущей эманации, индивидуальную жизнь, так и четвёртая эманация сохранит в «сверхчеловеке» личность как индивидуальность духа. Весь процесс развития Сущего от одного модуса бытия к другому шёл по линии роста, а не убывания индивидуации, и нет основания полагать иное и в эсхатологическом плане.

С другой стороны, не следует поддаваться соблазну видеть в необычных явлениях (парапсихологических в первую очередь) предвосхищение эсхатологического модуса бытия. Тут надо различать между способностями и состояниями. Наличие определённых парапсихологических способностей (которые в ряде случаев – скорее парафизиологические или парабиологические) сейчас уже не подлежит сомнению, и они уже, наверное, используются в целях военной разведки (как некогда вопрошали Пифию или Эфод или гадали по внутренностям животных). Такие способности приписывались и животным – вещим птицам, воронам и тому подобным. Другое дело – особые состояния, достигаемые с помощью химических, психоделических средств, мескалина или даже просто водки, дыхательных упражнений, кружения дервишей, упражнений дзен-буддизма, – или медитации, хлыстовского радения, мистического экстаза и тому подобных. Можно допустить, что в этих состояниях, а иногда даже в простом отстранённом взгляде на природу и людей, могут явиться такие стороны мира, которых не замечаешь даже в глубоком философском раздумье, дело, однако, в том, что, во-первых, при этом теряется критерий для различения между действительным и кажущимся, объективным и субъективным (впрочем, сами эти различия становятся несущественными, но только для меня), а во- вторых, эти состояния толкуются, может быть, не столько пережившими их, сколько толкующими их как растворение или полное угасание личности, что есть шаг назад, к хаосу, а не вперёд к новой эманации.

Если говорить о предвосхищении нового модуса (а ведь и в животном мире можно наблюдать явления, предвосхищающие человеческий интеллект), то я скорее усмотрел бы его в гениях, в людях чрезвычайной творческой силы в любых сферах духовной культуры. Может быть, состояние вдохновения или наития (не только художественного, но и научного, и философского) не очень далеко от описанных выше состояний: Пушкин в одинаковых выражениях описывает поэта, пророка и кудесника.

Однако наиболее существенно тут – сочетание интенсивнейшего ощущения индивидуальности с максимальной самоотдачей и универсальной отзывчивостью (Тютчев: всё во мне, и я во всём). Впрочем, где грань между гением и одержимостью?

Эту концепцию можно обвинить в чрезмерном оптимизме — перед лицом неуклонного возрастания энтропии, предвещающего конечную тепловую смерть, с одной стороны, и вплотную надвинувшихся катастроф: экологической, демографической, энергетической, термоядерной, моральной, социальной и тому подобных. И все же (а оптимизм должен быть всегда оптимизмом вопреки, при всём том, даже если...) дух – это две вехи в развитии Сущего, которые могут быть установлены даже эмпирически. Путём экстраполяции назад можно с полным правдоподобием предположить ещё одну веху: порядок. Порядок, Жизнь, Дух – почему поступательное движение Сущего должно на этом остановиться или даже повернуть вспять?

«Ноосфера и художественное творчество», М., Наука, 1991

Вот, оказывается, что такое квадратура круга

Вот, оказывается, что такое квадратура круга

ТЕГИ

Ещё в главе «Личность - культура - ноосфера»:

И постигнешь тайну Божию
Подвиг «бесполезный»
Игорь Рауфович Ашурбейли
Гражданство: Россия
Дата рождения: 9 сентября 1963 года
Место рождения: Баку, Азербайджанская ССР, СССР
Ученая степень: доктор технических наук
Научная деятельность: воздушно-космическая оборона
Место работы: АО «Социум»
Награды и премии: Орден Почета Медаль «300 лет Российскому флоту» Медаль Жукова Медаль «50 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» Медаль «200 лет Министерству обороны» Нагрудный знак «За отличие в службе» I степени Медаль «В память 850-летия Москвы» Памятный знак «100 лет противовоздушной обороне» Орден «За честь и доблесть» Человек года - 2013 Орден «Святого князя Александра Невского» I степени Орден «Святой Анны» II степени Орден Святого благоверного князя Даниила Московского II степени Орден «Преподобного Серафима Саровского» III степени Медаль «Святого благоверного великого князя Георгия Всеволодовича» I степени Памятный знак «Святителя Николая» II степени
  Все награды

 

ЦИТАТЫ
ЦИТАТЫ
ТЕГИ
ПОДПИШИТЕСЬ НА НАШИ НОВОСТИ!